Голиаф

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Голиаф » Ночная Радуга » Ресторан "Пиадинна"


Ресторан "Пиадинна"

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Если Вы бродите по Ночной радуге в поисках уютного кафе, обязательно найдите маленький ресторанчик "Пиадинна" с видом на центральную площадь. Невысокий дом, фасад которого увит диким виноградом, и небольшая терраса перед входом. Старый Джузеппе - владелец ресторана, ревностно оберегает этот маленький островок его родины от новомодных веяний. А вот и он, седой, смуглокожий и черноглазый с извечной очаровывающей улыбкой в 32 белоснежных зуба. Обаятельный Джузеппе знает много историй. Он обязательно расскажет их, стоит только попросить, пока Вы ждете испеченную в настоящей печи пиццу, или может быть волшебную панакоту, или же пропускаете один-другой стаканчик ароматной сангрии. Когда его спрашиваешь о названии его заведения, то в зависимости от того, в каком настроении пребывает общительный итальянец, он расскажет одну из тысячи версий. Так Вы узнаете, что Пиадинной звали его возлюбленную, которая бросилась в омут, не захотев выходить замуж за нелюбимого. Пиадинной может оказаться маленький городок в Италии, где Джузеппе убил своего злейшего врага и был вынужден покинуть родину, чтобы никогда не вернуться обратно. Что из этого правда, знает один Бог. Неуловимый южный акцент делает его истории еще более увлекательными и будоражащими, словно Джузеппе позволяет благодарному слушателю вдохнуть воздух жаркой Сицилии, память о которой не гаснет в его горячем сердце. Когда наступает вечер, хозяин сам зажигает свечи на столиках своих гостей и играет на скрипке. Все желающие могут отдаться во власть быстрой тарантеллы, покружиться в лиричной истоме медленного танца под его игру.  Расходятся обычно за полночь с неуловимым желанием вернуться еще раз в это зачарованное место.

Отредактировано Эстер Линч (18.11.2010 02:24)

2

Ливень хлынул так неожиданно, что шагнувший на тротуар из припаркованного автомобиля мужчина успел получить свою порцию холодной воды. Метнувшегося в его сторону шофёра с явно отразившимся на физиономии желанием раскрыть над хозяином зонт, Кайл Прэстон красноречивым взглядом вернул на место.  Неспешно поднялся по ступенькам уютно пристроившегося в этом районе туристического бурлеска ресторанчика, на ходу вынимая одну руку из кармана, чтобы стереть с лица капли от дождя. Дурная привычка ходить руки в карманы сохранилась с самой мятежной молодости, когда узкие брюки – дудочкой, да залитый лаком для волос чуб, плюс небрежная манера ходить руки в карманы казались шикарным протестом против условностей. Теперь мистер Прэстон носил костюмы, чуб давным – давно состриг, а вот от дурной привычки так и не избавился. Опомнился лишь тогда, когда ему заулыбался сеньор Джузеппе, протягивая сухую, стариковскую ладонь,  чтобы поздороваться. Поздоровались. Усадили за лучший столик, предложили вина. Кайл не пил вино, но дипломатично согласился только, чтобы оставили в покое. И хотя внимание не стесняло его, не мешало сосредоточиться, не сбивало с толку, но именно сейчас хотелось просто перевести дух. Последние пару дней вымотали до предела душевных и физических сил, а побыть в одиночестве не удавалось ни секунды, оставалось едва ли не с ванной укрываться от любознательных соглядатаев. В туалет вообще ходил столько раз, что с мрачной веселостью думал, что ведь напишут, что у него аденома. Но зато там не было журналистов и можно было сделать несколько звонков. Конечно, не стоило так волноваться, но смерть лучшего наездника, который должен был принять участие в едва и не «платиновых» гонках (настолько вокруг них фигурировали семизначные суммы) нарушала все планы, кроме того телефоны обрывали букмекеры, тренеры, доброжелатели и недоброжелатели, вкладчики, а главное несметное число родственников парня. В другой раз буду приглашать из сирот, - мелькнула мысль, заставившая губы плотнее сжаться, но на бесстрастном лице сохранилось прежнее выражение безмятежного удовольствия человека, который из-под проливного дождя попал в тепло, и где ему предложили горячее вино и сытный ужин.
Согреваясь, мышцы тела расслаблялись, а  бледное лицо приобретало естественный цвет. В густо-карих от мягкого полумрака глазах отражалось пульсирующее пламя маленькой свечи, что заботливый хозяин собственноручно поставил на стол. Кайл цедил маленькими глотками напиток и ждал. Не глядя на часы он знал, что времени чтобы отдохнуть осталось не более пяти минут, а вот, что будет дальше…

Отредактировано Гэндзи (18.11.2010 17:08)

3

- Чарли, нельзя ли побыстрее? - Эстер опаздывала уже на пять минут, но чудовищная пробка на Мэдисон-авеню двигалась со скоростью ленивой черепахи. Собственная непунктуальность невероятно выводила из себя, однако другого варианта Эстер не видела. Выйти на улицу под дождь не представлялось возможным, одета она была явно не по погоде. На коленях лежал органайзер, открытый на сегодняшнем дне, густо испещренном пометками. Человек, с которым она должна была встретиться, опозданий, судя по всему, не любил. Она посмотрела в окно на залитый дождем город, с редкими прохожими на тротуарах, и подумала, что такая погода ему идет. До места встречи оставалось недалеко. Может быть все-таки стоит пройтись пешком? Мысль заставила зябко передернуть плечами. На ней было тонкое темно-синее шелковое платье, простое и элегантное, и туфли на шпильке, явно предназначенные для коктейльных вечеринок, а не для прогулок. Представив, какой она войдет в "Пиадинну", Эстер осталась сидеть в авто, мысленно проклиная пробки и непогоду и готовясь к недовольству своего визави.
Грядущая встреча должна была быть посвящена еженедельным гонкам на пегасах. Интриги, связанные с этим мерприятием, плелись нешуточные. Гибли наездники, монстры, те, кто слишком много знали или же наоборот слишком мало... На гонках можно было озолотиться и стать миллионером, можно было потерять все, включая жизнь. Но это был чистый азарт, которого так не хватало в жизни многих, поэтому шоу было более чем популярным и никогда не имело недостатка в зрителях и желающих поучаствовать. Чарли повернул на перекрестке и поехал быстрее, "Пиадинна" была уже недалеко. Эстер очень любила этот ресторанчик, с тех времен, когда была еще студенткой, а потом приходила сюда с Мод, которой нравился Джузеппе и его скрипка.  Место, с которым связаны ее воспоминания, теперь принадлежащие кому-то другому.
Машина затормозила на площади, Чарли открыл дверь и галантно подал руку, другой придерживая зонт. Эстер подхватила шелковый клатч и быстро пошла к террасе, где ее уже ждал хозяин. Поцелуй в руку и тысяча комплиментов от старого итальянца, знавшего ее совсем юной. Она спросила, прибыл ли мистер Прэстон, и потом решительной походкой направилась к указанному столику.
- Добрый вечер, мистер Прэстон, и простите за опоздание, - Эстер села напротив, накрывая колени льняной салфеткой.

Отредактировано Эстер Линч (20.11.2010 23:01)

4

Он не сомневался, что его визави придёт. И то, что одним из организаторов привилегированного мероприятия была представительница слабого пола, дьявола явно не смущало, повидавшего на своём веку и умных женщин и совершенно отсталых в развитии мужчин. Эстер Линч доверяли партнёры, и значит, в ней удачно сочетались и предприимчивость и способность принимать решения, а главное - умение считать деньги. Кайл рассеянно рассматривал редких гостей ресторанчика, вспоминая о том, что ему известно о женщине, с которой ему предстояло встретиться. Но кроме сухих фактов, что собрал для него его помощник, ничего скандального или знаменательного в отчёт не вошло. Финансовое состояние, родственные связи, друзья, и другие малоинтересные сведения, не относящиеся к предстоящей беседе.  Мужчина вздохнул и перевёл взгляд на лежащую на столе пачку сигарет, побарабанил пальцами по столу и поставил пачку стоймя, любуясь  рядом белых, как алебастр цилиндриков внутри неё. Симметрия иногда радовала глаз, не меньше, чем ухоженная женщина, необъезженный пегас или неутомимый любовник.
А вот и она. Действительно, чертовски ухоженная. Стремительная, как гоночный автомобиль, умеренно сдержанная, пожалуй, что сексапильная, но это уже лирика, подумал Кайл, поднимаясь из-за стола и учтиво приветствуя Эстер.
Сели. Рассматривал её без стеснения, прямо, спокойно и лишь покачал головой на извинение:
-Это я пришёл слишком рано, - на этот раз губы чуть дрогнули в улыбке, тон же мягко подчеркнул, что извинение принято, - приятное место, из Ваших любимых? Заметил, что хозяин здоровался с Вами очень тепло, словно знает очень давно.
Действительно, можно было подумать, что это семейный клуб, ведь пары, сидящие за столиками, уплетающие ароматную и горячую пиццу напоминали дружную общину, для которой нет места недоброжелательности и агрессии, а смерть обходит их стороной. Вряд ли им было дело до гонок, чёрно-белых бешеных пегасов, гибнущих наездников. Они улыбались друг-другу, тихонько переговаривались, курили, пили вино и снова погружали белые зубы в сочный и густой, тягучий, как патока сыр.
Прэстону расхотелось есть совершенно, но он исправно читал меню, изредка поднимая взгляд на сидящую напротив него молодую женщину. Пытался по одному только выражению её лица понять, согласятся ли организаторы перенести гонки, и не вмешиваться в раздуваемый вокруг смерти мальчишки скандал, а главное, сколько это будет стоить.

5

Он был обходителен и любезен, истинно по-джентльменски прощая опоздание. Эстер знала Кайла Прэстона, но никогда не беседовала с ним лично, и если бы не экстремальная ситуация, вряд ли бы завязала более тесное знакомство. Истинный портрет мужчины был окутан тайной, в газетах писали совершенно противоречивые вещи, сплетни, слухи и домыслы, но чего только не пишут в газетах? У Кайла Прэстона были хорошие пегасы, а в бизнесе имело значение только это.
Спокойно выдержав изучающий взгляд, она ответила таким же внимательным. Многие ее недооценивали, потому что она женщина, а женщине положено быть мягкой и слабой, а следовательно ей нет места в большой игре. И если этот Кайл Прэстон будет считать также, то придется его разочаровать.
Ей принесли аперитив и пару сэндвичей с запеченным сыром и базиликом. Мужчина сосредоточенно глядел в меню, явно не желая делать заказ. Место встречи выбрала Эстер. В "Пиадинне" нравилось практически всем, поэтому она часто назначала здесь деловые ланчи, обеды и ужины. Непринужденная обстановка помогала расслабиться даже самым отпетым трудоголикам. Впрочем, похоже, сейчас был не тот случай.
Эстер была готова ставить на то, что комфортнее всего ее собеседник чувствует в ресторанах а-ля столовая Графа Дракулы, где нужно постоянно держать спину прямо, а простым смертным пища встает поперек горла. Или в стерильных обезличенных помещениях в стиле нано-тек, душащих холодом и аскетизмом.
Она улыбнулась, услышав вопросов.
- Да, мы с братом бегали сюда после занятий в университете… и потом. – Эстер улыбнулась, прогоняя видение светловолосой женщины, когда-то сидящей рядом. Доев бутерброды, Эстер аккуратно вытерла губы салфеткой. Бокал холодил пальцы, наполненный алым в свете свечей вином, густым и пряным, словно кровь. Убитый наездник… Настал черед поговорить о деле.
- Мистер Прэстон, если бы вопрос был только в деньгах, мы бы, безусловно, его решили. Но сами понимаете… Это главные скачки сезона, о дате которых было известно за полгода. Осталось очень мало времени. Это значит, что владельцы пегасов уже перевели деньги на счет казино за аренду клеток и ипподрома, забронировали номера и выбрали обслуживание, а также сделали ставки. Мужчины приготовили костюмы, а женщины купили новые шляпки. Сумма неустоек, которую должен будет выплатить «Рауль Дюк» огромна. Однако даже это решаемый вопрос…
Суматошный день, в котором она решала вопросы букмейкеров, отвечала журналистам, утверждала шоу в честь открытия гонок и делала еще тысячу дел, кажется, подходил к концу. Хотелось отдыха. «Пиадинна» была минутой покоя среди бесконечной дороги.
- Мы всегда идем навстречу деловым партнерам, но сейчас дело в репутации казино. Люди по прежнему хотят зрелищ, и если мы отменим гонки, нам перестанут доверять, а этого мы не можем допустить. Мне очень жаль.
Она помолчала немного, глядя на пламя свечи. Ситуация вышла прескверная. Такие диверсии были не редкостью в среде гонок на пегасах, но Эстер в первый раз сталкивалась с тем, что наездник гиб едва ли не на кануне.
- Мы не будем вмешиваться в это дело, мистер Прэстон, но в случае необходимости, окажем любую помощь… - Эстер выделила слово «любую». Игра должна быть честной, а те, кто не придерживаются правил, будут наказаны, – мы не даем журналистам раздуть скандал, и Ваше имя все еще в списке тех, чьи пегасы примут участие в гонках. Вы в любой момент можете выставить другую пару.
К сожалению – это было все, что они могли сделать. Монстры Прэстона были одними из лучших, но бизнес есть бизнес.

6

Эстер ела с аппетитом, делающем честь даже голодному мужчине, но это не вызывало неприязни или неловкости, что порой сковывало желудок Кайлу при виде жующих. Наверное, поэтому Прэстон предпочитал проводить деловые встречи в кабинете, где предлагали только кофе, в редких случаях алкоголь. Впрочем, порция алкоголя значительно увеличивалась, если требовалось развязать собеседнику язык, и тогда в ход шли простейшие ухищрения, вроде модных ресторанов и клубов, и заветная фраза купца: «за мой счёт», которая действовала безотказна на всех. Платить за всё и вся Кайл привык ещё со школы, не очень переживая о том, что деньги принадлежали его родителям. Хотя сам он довольно скоро раскрутился, научился зарабатывать, а доходы от наследства, ну, доходы, не отказываться же от куска пирога, в самом деле, думал  наследник и с удовольствием вступил в свои права.
Но на этот раз выбирала Эстер и Прэстон готов был биться о заклад, что местечко будет вроде этого, где следует расслабиться, обляпаться жареными помидорами, поговорить по душам, и в итоге получить от ворот поворот. «Железные леди» тяготеют в уюту и воспоминаниями, это помогает мобилизовать энергию, чтобы твёрдо ответить «нет». В чёрных глазах демона неуловимо мелькнуло удовольствие – ему начинало нравиться это глупое место с предсказуемым меню, смешными картинками на стенках, упитанным персоналом. Настроенный на лирический лад всеми этими бутербродами и,  в итоге вымученным куском пиццы с теми самыми помидорами, сладковатым ароматом паприки и каких-то изысканных духов мисс Линч, Прэстон понимал, что теряет от её: «мне жаль» миллионы, но желания отделаться схоластическим: «а мне-то как жаль», встать, уйти, а потом просто воспользоваться связями с Мондевилем не возникло. Пока не возникло, бескомпромиссно поправил он себя.
-Я понимаю, мисс Линч, - сдержанно улыбнулся, жестом подзывая официанта и, вопросительно взглянув на спутницу, - немного сангрии?
Хвалёное вино следовало попробовать обязательно, видимо. Дождался, когда молодая женщина сделает заказ, попросил себе чёрный кофе и задумчиво, почти машинально провёл ладонью по лбу, словно бросило в жар. Разряженный воздух помещения действовал на сознание совершенно не желанным образом:
-И благодарю за предложенную помощь, всегда радует,  если рядом надёжные партнёры, и я очень хорошо понимаю, что сейчас творится вокруг мероприятия, и знаю, что пресса сходит  с ума, спонсоры и букмекеры у самого сидят на шее, - край рты дёрнулся в нехорошей усмешке и в тоне хрустнул лёд, - они, видите ли, волнуются о том, что потеряет клиентуру и приличные суммы, если я не выставлю тех, за кого подписался. Да, да, трупы.
Достал сигарету, взглянул на молодую женщину, не возражает ли, чтобы закурил. На лице демона углями горели глаза, а тонкая струйка света, что источала пульсирующая свеча окрасила матово-бледную кожу пламенем, словно из полумрак взрезала маска чудовища. Всего миг не более, и снова спокойный взгляд, подавивший хлынувший поток мыслей, среди которых родилось простое и осмысленное решение. Оно стоило азарта, состояния, а возможно и жизни, но Гэндзи справится, Кайл Прэстон был уверен.
-Я прошу только перенести гонки, только перенести, все расходы за мой счёт, все объяснения с прессой я возьму на себя,  - тихо сказал и улыбнулся, прямо глядя в глаза Эстер, - или что бы Вы хотели взамен на услугу?

Отредактировано Гэндзи (24.11.2010 13:02)

7

Эстер ожидала, что он сейчас встанет и уйдет или начнет угрожать, но Кайл Прэстон приятно ее удивил. Предложил вина, сам ограничился крепким кофе. Она не видела нужды отказываться, сангрия приятно расслабляет и дает хороший сон, который в последнее время стал непозволительной роскошью.
Многие ее партнеры по бизнесу пытались использовать алкоголь в качестве средства для достижения своих целей. Эстер же раз за разом их разочаровывала, оставаясь хладнокровной даже во время деловых попоек, только сильнее темнели глаза. Она не была железной, просто не позволяла себе слабостей, потому что слабаки быстро сходят с дистанции и никогда не трахают королеву бала. В этом она была, как брат: в игре остается только один принцип – все или ничего, но второе недопустимо.
Она со сдержанной улыбкой выслушала благодарность за предложение помощи, запивая глотком вина. На пару Прэстона ставили очень многие, поэтому новостью о том, что тандем выбыл из игры, тотчас же воспользовались журналисты. Точнее попытались. С кем-то удалось договориться по хорошему, кому-то повезло меньше. Эстер не любила прессу, поэтому не испытывала особой жалости.
- Да, мистер Прэстон, нам всем урок на будущее.
Она не возражала против сигарет, сама не стала закуривать, зная, что это чрезмерно расслабляет. А сейчас хотелось оставаться максимально собранной, как в шахматной партии, где нужна предельная внимательность. Мужчина напротив вызывал противоречивые чувства. Опасность и агрессия, направленная не на нее, но затаенная внутри, словно чернильная муть холодного омута. Отблески свечи на коже и мягкое мерцание глаз. Притягательный образ недоступности. Соблазнительно, но… Как часто Эстер сталкивалась с тем, что за подобным прячется предсказуемая пустышка. Не хотелось разочаровываться.
Она сделала еще глоток вина, расслабленно откидываясь на спинку кресла. Мужчина  настойчиво просил об отсрочке… В принципе, это можно было сделать: устроить дополнительный раунд гонок, и «Рауль Дюк» остался бы в выигрыше в любом случае. К тому же в связи с нынешним недоразумением, остальные команды опасались возможного саботажа и хотели усилить меры безопасности. В довершении всего, без пегасов Прэстона гонки будут не те.  Отсрочка могла выйти только на руку, а с почтенной публикой они договорятся. Оставалось подумать о своей личной выгоде…
- Сколько вам нужно времени? – ровно спросила она, - И что вы можете предложить мне такого, что я не могу позволить себе сама?
Взгляд, как пуля на вылет, когда хочется услышать ответ, но вместе с тем и волнительно, что, может быть, это было не самой лучшей ее идеей, и прихоть выйдет ей боком.

Отредактировано Эстер Линч (24.11.2010 03:10)

8

Демон пристально смотрел в глаза Эстер, не торопясь отвечать на её вопрос. Светло – сизый дым от закуренной сигареты наполнил лёгкие до отказа, согревая тёплым ароматом. Этот дым плыл над столом, окутывая сидящих туманным мороком, словно погружая в свой собственный маленький мир, где кроме вздрагивающего пламени свечи, и всполохов дыхания, рассеявшего мерцания ничего нет. Что было  в этой храброй, и решительной, но такой наивной женщине, рискнувшей согласиться на то, что может предложить демон – искушение.
Столбик бархатного пепла плавно опустился на бортик фаянсовой пепельнице, крепкие пальцы мужчины плотно вдавили окурок, пачкаясь о жар золы. Прэстон словно встрепенулся, по щелчку пришёл в себя:
-А Вас не пугает, мисс Линч, что я предложу что-то, что Вам может не понравится? Вы ведь уверены в себе, умны, у Вас прекрасный брат, и очень размеренная и убедительная жизнь, Вам так хочется разрушить себя или эту самую жизнь?
Кайл говорил мягко, глуховато и довольно тихо, но был уверен, что и под звон посуды, взрывы хохота, доносящихся из-за соседних столиков, звонкие голоса, звенящие как свихнувшиеся колокольчики после моря вина и виски, которыми обильно потчевали посетителей, Эстер слышит каждое его слово.
Мужчине действительно было интересно, откуда в этой женщине такая тяга к авантюре, ведь он знал, что может предложить, но зачем же ей так неосмотрительно соглашаться? Ему всегда были интересны неконтролируемые вспышки эмоций, проявление характера, порывы страсти или своеволия, желания, если речь шла о постели. Истинные оказывались очень управляемы и с удовольствием делали ему шаг навстречу, стоило ему только поманить. Вот и теперь, чтобы я мог предложить, с угрюмой иронией подумал Кайл, завтрак в постель, боже ты мой.
Мысли словно рой пчёл жёг так, что сердце стискивало на каждый укол словно стальными тисками, но это было почти благом, если бы демон мог хорошенько понять, что такое это благо в данном случае. Сделать нужно было столько, что не хватило бы и месяца, если бы в сутках было по сорок восемь часов, но иного выхода не было, либо ва – банк, либо с него по ленточке начинают снимать кожу. От одного ощущения прикосновения несуществующего скальпеля внутри ощерился монстр. Вторая сигарета успокоила, позволила слушать внимательно, вдыхать запах женщины, и рассматривать её твёрдо очерченный, но чувственный рот.

9

Она смотрела в окно, следя за тем, как загораются фонари на площади. Наступало то самое время суток, когда Ночная Радуга была лучше всего. Он курил и пристально ее разглядывал, так, словно хотел заглянуть под кожу и дальше, залезть туда, куда Эстер давно перестала пускать кого-либо и боялась заглянуть сама. И вряд ли сейчас выпал случай что-то изменить.
- Мистер Прэстон, ваша самоуверенность безгранична, - рассмеялась она. Смех с бархатной ласковой хрипотцой, как легкое винное послевкусие. – Я еще не сказала «да», а только рассматриваю варианты. Или вы относите к той категории мужчин, которые даже в твердом «нет» слышат «да, но позже»?
Поколебавшись немного, она все-таки достала сигареты и тоже закурила. Щелчок зажигалки и небольшая затяжка, словно проба на вкус. Эстер курила редко, но помногу, пока не заболят легкие… будто бы проверяя себя на прочность. Она много курила по Мод. Вопрос Кайла Прэстона несколько озадачивал. Что он мог знать о ее жизни, чтобы делать такие выводы? Какое право он вообще имел делать какие-либо выводы? Эстер чуть нахмурилась, с удовольствием ощущая вкус табака с легкой сладостью ванили на языке.
- Сначала предложите, мистер Прэстон, а потом я решу, - усмехнулась она. Тонкие пальцы чуть сжали мягкий подлокотник кресла, - И пусть это будет что-то поинтереснее, чем ночь любви.
Если это была очень интригующая прелюдия к сексу, то Эстер была бы разочарована. Практически все ее знакомые мужчины были весьма предсказуемы. Они, как один, очаровывались, падали к ее ногам, дарили цветы и украшения, угрожая достать луну с неба, раздевали ее глазами… и хорошо играли свою роль. Ей стоило быть чуть глупее, чтобы быть довольной и счастливой, но Эстер прекрасно понимала, что их привлекает только ее тело, не более. Находились те, кто хотел проникнуть глубже, влюбить в себя и поиметь с потрохами, окончательно втаптывая в грязь и разрывая то, что итак едва дышало.
- Что касается моей любви к авантюрам, - она продолжила, чуть пожимая плечами. – Мне кажется, вы должны меня понимать. Когда можешь позволить себе все, начинает чего-то ощутимо не хватать. И если ничего с этим не делать, то на смену жизни приходит пустота, скука и тоска по несбывшемуся.
Она выдохнула сладкий дым, хрупкая паутина которого почти мгновенно рассеялась в пространстве.
- Мне кажется, вы совсем не читаете газет, - улыбнулась она, вспоминая скандальные пассажи, виновницей которых она стала, одна или с помощью брата, - А еще мне кажется, что вы не причине мне вред.
Она чуть склонилась вперед, чтобы потушить тлеющий окурок о гладкое дно пепельницы, с легкой улыбкой глядя на мужчину.

Отредактировано Эстер Линч (26.11.2010 02:32)

10

Дрожащим голоском потянула свою песню скрипка, осторожные, словно ощупью звуки, пронзительная тетива струн натянуты как жилы, и в пляске смычка безудержная сила жизни, порывистости, неизбежности. Кайл выдохнул через ноздри дым, вдавил окурок в пепельницу, и задумчиво подперев подбородок сплетёнными в замок пальцами, с мягкой полуулыбкой в углах рта слушал Эстер. Ненастье за окном раскрасил вечер неоном бликов, в рисунках смазанных зонтиков ощущение, что картину импрессиониста утыкали шляпками от гвоздей, брызги сверкающих как драгоценности луж, и скользкая твердь проносящихся мимо авто. Последние дни превратят меня в любителя скрипки и танго, подумал, внутренне улыбаясь над тем, как самого едва не развезло от тепла, пиццы и общества красивой женщины.
Услышав, как презрительно мисс Линч отреагировала на тему секса, комично всплеснул руками:
-Вы лишили меня последней надежды, Эстер… - понизил голос, и тут же тихо, но от души рассмеялся, в глазах заплясали искры веселья, - я, честно говоря, не думал, что отделаюсь сексом, хотя, что греха таить, мысль предложить Вам провести ночь посещала мою буйную голову, но столько уступок с Вашей стороны я бы расценил, как ловушку…
Смех оборвался, и демон невольно опустил взгляд на тлеющую горку пепла у плохо потушенной сигареты в пепельнице:
-Простите, если дерзко прозвучало, но я всё же читаю газеты, - поднял глаза и посмотрел с мягкой улыбкой, - нет, не так, мне собрали сведения о Вас, чтобы я знал, до какой степени могу быть с Вами откровенным и что предлагать, если мы вступим на эту извечную дорожку с односторонним движением, когда мне нужно будет уговаривать,  предлагая, подкупая, и так далее…Видите, я говорю с Вами довольно откровенно, потому что, скажи Вы кому-нибудь, что мистер Прэстон уговаривал Вас перенести скачки и Вам никто не поверит, ведь это скандал, а скандал, это слишком интересно, чтобы всерьёз разбираться в причине переноса гонок,  и будут репортёры мусолить тему о причине, побудившей изменить сроки и так далее, но на самом деле… - мужчина невольно запнулся, - я просто не могу проиграть эти скачки.
Замолчал, слушая скрипочку хозяина, шелест дождя на улице и впитывая близость своей спутницы. Ва – банк не ва-банк, но вытреплет душу по всей программе, мрачновато подумалось. Закурил и после паузы, продолжил:
-Я откуплюсь от всех кредиторов деньгами или связями, я могу рассчитывать на поддержку властных и уважаемых членов общества, что Голиаф откажется от моих денег? Никогда не отказывался, и будет брать всегда, пока я буду платить за бедных сирот, открывать школы, приюты и кормить бесплатными обедами нелегалов из Китая.  Что скажете? – пытливый и взгляд и снова улыбка. – Это скучно, но это работа, никто не позволит Кайлу Прэстону замарать доброе имя, ну разве что, поражение, но, видите ли, это хобби, и общественность чаще всего уверена, что сбить нимб с парня, рождённого не в хибаре и не катающегося на службу в метро, полезно для его же души, - говорил, чуть улыбаясь, словно делился действительно от всего сердце,  - кстати,  когда –то я тоже был уверен, что уже имею всё, что  в силах купить…
Втянул разряженный воздух ресторанчика, до краёв набивая лёгкие сытой духотой, и выдохнул, восстанавливая дыхание:
-Не стану же я хвастаться, что вот уже, сколько времени мне регулярно напоминают, что я могу себе позволить лишь мелочи…пустяки.
Взгляд внезапно стал жёстким, вспомнилось что-то. Судорожно сглотнул и плавным движением, когда могла подразумеваться стремительность, занёс ладонь над пламенем свечи. Едва лишь шевельнулась издёвка в потемневших от клейкой боли глазах. Пламя лизнуло кожу словно ласковый зверь и вошло бы глубже, если бы демон медленно не убрал руку.
-Но я хочу, чтобы моими желаниями распоряжался лишь я, - взял салфетку, чтобы вытереть обожженное место, спокойно посмотрел на Эстер, - своими Вам следует распорядиться самой, мисс Линч, просто скажите, чтобы Вы хотели получить, - и без улыбки, негромко и спокойно, - нет, я не причиню Вам вреда, мисс Линч, как только пойму, как Вам не навредить во время гона.

11

Эстер продолжала смотреть на мужчину, пить вино и внимательно слушать откровения собеседника, звучавшие искренне, словно на исповеди. Аккомпанемент скрипки, страстный и лиричный, с нежным рефреном. Джузеппе был виртуозом и любил благодарную публику, а в его ресторане чаще всего собиралась именно такая. Казалась она расслабленной или в самом деле была, Эстер еще не понимала. Вино было прекрасным, собеседник приятным и внимательным, сигареты в меру терпкими, но что-то жгло изнутри, отравляя медленным ядом неспешность вечера. Воспоминания, ненужные и непрошенные, ставшие ее горьким счастьем и сладкой болью, завязанные гордиевым узлом, который она так и не смогла перерубить. Сможет ли он ей помочь, чтобы ее биографии не осталось запятых без продолжения?
Она с улыбкой выслушала шутливые стенания о неслучившемся сексе и возможных ловушках. Интересно, он, правда, считал, что Эстер так дешево себя ценила? Ей нравилось заниматься любовью, стонать, срывая голос, под сильным мужчиной или ослепительной женщиной, но она могла позволить себе все это без получения какой-либо выгоды кроме взаимного удовольствия и придумать коварный план без участия своего тела в качестве веского довода. Впрочем, это была просто шутка…
Она закинула ногу на ногу, чуть прикрывая глаза. Разумеется, она догадывалась, что Кайл Прэстон собрал о ней сведения, прежде чем прийти на встречу. Об этом она не беспокоилась. Ее деловая репутация была безукоризненной, а партнеры довольны. Она не без гордости думала, что могла найти подход к любому. Однако бизнес есть бизнес, где личная выгода всегда в приоритетах, но умение находить компромиссы, убеждать, уговаривать, ненавязчиво добывать нужную информацию и играть на эмоциях и отношении к себе  -  в этом она могла дать фору любому мужчине. Эстер тоже собрала кое-какие сведения о своем визави. То там, то здесь проскальзывали слухи о связях миллиардера в Мондевиле, и сейчас ей бы хотелось узнать об этом побольше.
- То есть победа – залог того, что нимб еще какое-то время продержится у вас над головой?
Она затянулась сигаретой в последний раз и погасила окурок в пепельнице. В чем-то мужчина был прав, хотя Эстер согласилась не со всем. Обществу было все равно, что обсуждать, победы или поражения своих героев, оно исправно глотало и то и другое, как бездонная клоака. Единственная разница была в том, что проигравших переваривали вместе с их фиаско.
- Мистер Прэстон, мы готовы перенести скачки на тот срок, который вы захотите. Все расходы в покрытии неустоек за ваш счет, с журналистами мы вам поможем. Только не забывайте, что игра должна быть честной, и что бы Вы не замыслили, победа и деньги достанутся сильнейшему. Мы не хотим скандалов, также как и все.
Она проследила за тем, как мужчина занес ладонь над пламенем, лизнувшим бледную кожу. Неприятное чувство фантомной боли заставило чуть передернуть плечами. Эстер понимала его и готова была распорядиться своими желаниями.
- И еще, мистер Прэстон, вы должны будете оказать мне одну услугу. Мне нужна информация об истинном.. – она запнулась, но продолжила, - о том существе, что когда-то было истинным. Я плохо представляю, что происходит с нами, когда мы попадаем в Петли и кем становимся. Так вот… мне нужно найти этого человека, который вероятнее всего теперь мало похож на себя прежнего, не помнит о прошлой жизни и вряд ли хочет, чтобы его нашли. Всю информацию о ней я могу предоставить в любое время.
Она перевела дыхание и сделала глоток вина. Снова нервничала, зная, что слухи могли оказаться неправдой и чувствовала, что не может скрыть волнение.

12

Теперь он просто слушал, всматриваясь в лицо сидящей напротив женщины. Сколько же раз он говорил, что ничего не случится, ему верили, а он с улыбкой ломал жизни, карьеры, втаптывал в грязь своими поступками, расчетливыми и не очень, с выгодой для себя или просто блажил. Разве он расскажет, что его затея может стоить сотен и сотен жизней? Ради чего он сейчас из кожи вон лезет, чтобы выкрутиться, выйти сухим из воды, и сохранить на голове этот самый, как она справедливо заметила: «нимб». Кому и что он доказывает все эти годы, совершенно не нуждаясь ни в чьём одобрении, снисхождении или оценки, кто бы смог действительно сказать ему слова, которые он ждёт всю свою жизнь, точно зная, что никогда не дождётся. Разрушая себя, он создавал свою Империю, лгал сам себе, каждый раз выдумывая новое оправдание своим выходкам, ошибкам, просчётам. И вот теперь снова, что ему было до гибели парня, досадное неудобство, из-за которого приходилось тратить время, терять деньги, плохо спать, и не дай Бог, ещё это будет стоить поражения на гонках. Одним он будет должен такую компенсацию, что не хотелось считать нули, другим он обещал услуги, танцы, любовь, машину, свободу, тело, вот про душу никто не спросил, видимо понимали, что тут у мистера Прэстона не густо. Кивнул, расслышав, что всё складывается так, как он бы хотел, особенно убедительно согласился с тем, что игра должна быть честной и в лице не переменился, лгал умело, так, что никто не заподозрил бы. Ох, Прэстон, Прэстон, что же тебе скучно стало, что ли? Скучно, честно признался себе Кайл, ну, скучно же, если одна рутина. Ох, Прэстон, Прэстон, врёшь ты всё, не хочешь просто платить, не хочешь, чтобы пальцем тыкали и кричали на каждом углу, что ты неудачник, чтобы ворошили твоё грязное бельё, чтобы не дай бог не набрели на пару историй, которые ты так фирменно хранишь.
Невольно улыбнулся, заметив, как мисс Линч передёрнула плечами, чувствуя, что ему больно, отодвинул от себя свечу, чтобы не поддаваться соблазну снова, только лишь закурил, вдыхая запах своих и её сигарет, слушая просьбу Эстер, чувствовал, как напряжение грубым потоком пронзило всё тело. Каждая клеточка как губка впитывала услышанное. Где же ходили эти истории? Кто – то много-много раз рассказывал Гэндзи в Мондевиле эти страшилки о потерянных душах, что путешествовали в Петлях, ныряли в колодцы – ловушки и перемешались вместе с Вселенной. Вечные странники, путники Времени, что избрали своим Путём вечное расставание с местом, с чувством, с близкими, и что их глаза смотрят во внутрь себя, а крылья у них красные от крови, стекающей из иссечённых перьев.
Гэндзи смотрел на Эстер словно глазами подземного города, где в чреве мутанта теплится свёрнутая плёнка гнили, где в частоколе болезненного погружения без кожи прямо в ад, жадными струнами трепещут оголённые нервы, когда по ним скользят раздвоенные языки химер.
-Как интересно, мисс Линч, - голос демона звучал словно из гулкого тумана, - как интересно, что Вы совсем не представляете о чём просите.
Неспешно  потушил сигарету, и мягко, но властно взял женщину за запястье и потянул к себе, пальцы обхватили словно браслет, а под большим билась надорванным нервом -  сердце.
-Я соглашусь, но с условием, - голос был мягче бархата, и капал, будто яд с пасти змеи, демон склонился так, что скула почти коснулась волос Эстер, - я хочу видеть Ваше отражение.
Взгляд в глаза близко близко, так, что зрачки расширяются, словно растекающаяся лужа чернил, и чувствуется запах губ, а дыхание щекочет подбородок:
-Да или нет?

13

Верно, она не знала, о чем просила. Эстер жила в маленьком мире, в котором существовали «Рауль Дюк», светские рауты и глянцевые журналы. Иллюзия счастливой жизни, на деле состоявшая из фотовспышек, обесцененных желаний и скандальных статей на первой полосе. Мечта, ставшая реальностью, которой она наелась досыта, и та забрала у нее все, обещая скоро проглотить и ее.
Эстер жалела о своей юности, когда она делала, что хотела, одна или вместе с Эриком. На спор, азартно, со всей страстью и темпераментом, которые таились под маской ледяной королевы. Девушка знала о мистической стороне Голиафа, но никогда не задумывалась об этом, пока этот неведомый для нее мир не забрал то, что она любила до остановки сердца. Мод была другой, ее интересовало, что происходит с ними всеми, когда истинные умирают или проходят сквозь петли. Что скрывает полный опасностей подземный город, и можно ли там жить. Не пустое любопытство, но фанатичное желание ученого проверить на себе действие яда, описывая свои собственные предсмертные конвульсии. Она была странной, импульсивной и всегда чуть-чуть отстраненной. Та, от которой невозможно было отвести взгляд. Такой ее запомнила Эстер.
Джузеппе незаметно подошел, подливая вина и одними глазами спрашивая, все ли хорошо. Эстер ободряюще улыбнулась, незаметно для себя дотрагиваясь до медальона Горгоны на шее. Сжала в кулаке, пытаясь успокоиться. Ее подарок для Мод, вернувшийся обратно с прощальным письмом. Последнее воспоминание, как стилет для горла, чтобы не забыть, каково это, и больше не повторить. Указательный палец мягко коснулся прекрасного лика Медузы с наружной стороны, большой до боли вдавился в ужасный реверс, вторую ипостась.
Мужчина мягко сдавил ее запястье, притягивая ближе. Слова протеста застряли в горле, когда Эстер увидела в глазах Прэстона отблески жажды, граничащей с фанатизмом. В тоне приказ, заставивший мгновенно ощериться.
- Зачем вам…?
Быстро облизала пересохшие губы. Это было диким. Она никогда не обращалась и даже в страшных кошмарах не могла представить себе, что станет ее второй личиной.
- Я никогда этого не делала, мистер Прэстон... – Эстер потянула руку на себя, пытаясь освободить запястье, - И ресторан - не самое подходящее место для таких спектаклей, верно?
Перекрестье взглядов, как игра в гляделки с диким хищником. Посмотришь в сторону, и тебя порвут на части. Так она продолжала смотреть на него, широко распахнув глаза и чувствуя эту странную близость чужака, раскачивающего ее уютный мирок.

14

Улыбаясь, слушал Эстер, легонько поглаживая кончиками пальцев её запястье, и чуть выше, к выемке между большим и указательным пальцами, опустил глаза, чтобы не тревожить появившимся во взгляде странным выражением притаившейся твари.
Демону было весело и беззаботно, и ему очень хотелось, чтобы мисс Линч согласилась на его прихоть. И она согласилась. Сейчас ровным счётом не имело значение, что придётся делать в ответ ему, избалованный вседозволенностью он был полностью уверен, что это не стоит тревог, ведь мир создан для потакания Кайлу Прэстону.
Губы его спутницы дразнящее размыкались, она что-то говорила, не вслушиваясь, мужчина был уверен, что Эстер никогда не оборачивалась до этого дня, и её было явно невдомёк, что пути назад не будет, что в разорванном на две части сознании её однажды будет суждено раствориться. Она сойдёт с ума или лишится права распоряжаться собой, а ведь так отчаянно храбра, эта по –своему одержимая и красивая мисс Линч, думал демон, вновь поднимая глаза на женщину.
Чтобы прервать её, просто дотронулся подушечками пальцев до её губ:
-Тише, Эстер, - улыбнулся, - я ведь обещал не причинять Вам вреда, помните?
Склонил голову на бок, медленно прижал ладонью трепещущее пламя свечи. Маленький мирок истинных погрузился в светящийся полумрак. На стенках бокала вина, что пила мисс Линч отразился размытый силуэт бликов светильников, что масляно пылали в этом местечке. Гул голосов стал раздаваться отдалённее, в зёвах кричащих окон успокоено надвигалась ночь, заполняя собой улицы Голиафа.
-Если Вы мне верите, то сейчас выпьете вот это, - мужчина осторожно извлёк из кармана пиджака крошечный пузырёк с бесцветной жидкостью, взглянул на Эстер и, предупреждая вопрос, ответил с улыбкой:
-Это не яд. Было бы безумие убить Вас, когда мы только договорились о сотрудничестве.
Кайл помнил и о гонках, и о ставках, и об обещаниях, которые сеял, как Жнец, с той лишь разницей, что мифическое чудовище приходит забирать души само, а тут велика вероятность, что придут вытряхнуть её из Жнеца. Подавил вздох. Но не выдумывать же историю о тайном ходе в Монедвиль, и не представляться, вот, дескать, собственной персоной, Гэндзи, очень приятно. А уж тем более не прикидываться простаком и не тащить к одному из лифтов, ведущих в клоаку, чтобы терять драгоценное время и деньги на подкуп монстров при исполнении. Дорогу он итак знал, и способ туда добраться тоже. Травмировать же Эстер приключениями сейчас было неуместно, а главное – жестоко.
- Ну же, что Вы сейчас чувствуете, мисс Линч? – поставил ёмкость на стол перед женщиной, убрал руки, и откинулся на спинку стула. – Что Вы сейчас чувствуете?
Его голос не принуждал, не было в интонации властности, чувственного напора, желания убедить, просто интерес, как поступит невинное создание, когда ему предлагают шагнуть в Бездну…

Отредактировано Гэндзи (03.12.2010 17:58)

15

Мягкое касание пальцев к тонкой коже запястья и лихорадочный пульс, стучащий метрономом. Кайл Престон любил играть и любил выигрывать. И, кажется, сейчас думал, что победа безоговорочно за ним. Эстер прищурилась, наблюдая за мужчиной из-за полуприкрытых ресниц. Она тоже любила играть, азартно закладывая, все что имела. Ей везло, и она редко проигрывала, сейчас выпал шанс испытать судьбу снова.
Сладко затрепетало в районе солнечного сплетения, словно гончая почувствовала заветную добычу. Легкое прикосновение к губам. «Задаете правила, мистер Прэстон?» - легкая усмешка расцвела под пальцами мужчины.
Обращение было безумием чистой воды, она это осознавала очень отчетливо. Но разве не была безумием ее жизнь сейчас? Она очень скучала по себе прежней, дерзкой и смелой молодой мисс Линч, которая стояла на парапете крыши небоскреба и улыбалась за пять секунд до прыжка вниз. Той, которая бесстрашно шла вперед и верила в себя, зная, что это принесет ей победу. Эстер казалось, что она успокоилась и стала успешной бизнес-леди, какой и должна быть, но на самом деле потеряла себя и близких.
Свет меркнет, погружая столик в интимный полумрак. Кайл Прэстон поставил перед ней пузырек, невзрачно маленький и слишком похожий на безвредный. «Drink me!» - как в сказке про маленькую девочку Алису, которая не могла попасть за заветную дверь. О яде она не думала, есть вещи гораздо страшнее и мучительнее мгновенной смерти. Он шептал, что не причинит ей вред, и несколько мгновений назад она хотела, чтобы это было так…
- Я не верю вам, мистер Прэстон,  – она смотрела на флакончик, выглядящий столь неопасно, что страх сам собой закрадывался в голову. Это путешествие она вполне могла не пережить. И кто знает, что хочет этот мужчина на самом деле.
- Азарт, опасность, тайну… веселье, - она чувствовала слишком много, чтобы облечь хотя бы в несколько связанных предложений. Вдоль позвоночника бегали мурашки, а кисти рук снова стали ледяными, но это было скорее приятно. Если бы ее спросили, страшно ли ей сейчас, она не задумываясь и не кривя душой, ответила бы «да». Не боятся только глупцы. Но Эстер всегда шла до конца, пока хватит сил, зная, что правильно только так, и быть смешной неприятнее, чем отступить.
- Но вы сдержите обещание, а я… - она открыла пузырек и быстро опрокинула его содержимое в рот, чувствуя легкий химический вкус, - А я, может быть, смогу вас удивить…
Она успела удивиться, что ничего не чувствует, а потом мир поплыл, уступая место блаженному покою.

Отредактировано Эстер Линч (06.12.2010 10:34)

16

Да, веселье, веселье чёрт его возьми, в бездонной черни глаз демона не было ни тени улыбки, напротив, он был собран, и в движениях появилась сухая расчетливость, как во время свободного падения. А ещё, просто жадность к тому, что испытывала сейчас Эстер. Она как невинный зверёныщ прыгала на солнечной лужайке, считая, что покачивающиеся на ветру головки цветов, это единственное, что может сдержать сумасшедший бег, толкнуть, сбить с ног, окатить ледяной росой. Вскочил, отряхнулся и мчишься дальше, захлёбываясь от восторга, что свободен, одержим и сам мир подвластен тебе.
Молодая женщина выпила содержимое пузырька, и спустя несколько секунд стала погружаться в здоровый сон, и прежде, чем голову отяжелела, и тело потеряло контроль над собой, мужчина уже подхватил Эстер. Поднялся со своего места, и, не взглянув, достал из кармана бумажник, оттуда купюры, отличая стодолларовые словно ощупью. Подхватил мисс Линч на руки, а хозяину сказал, что немного лишнего вина, и духота, на протестующий вопрос, просто пожал плечами и вышел из ресторана в прохладную тишину ночного города.
Дождь прекратился и теперь асфальт сверкал под ногами россыпью драгоценных камней, отражая в их сиянии неон огней большого города, стрелы фар, проносящихся редких машин, силуэты торопящихся в уютные постели прохожих. Кайл вздохнул полной грудью прохладный воздух, вдыхая влажную прелость улиц, запрокинул голову, глядя на мириады звёзд, утыкавших шапку неба, невольно улыбнулся, чувствуя, как ликуя, заколотилось сердце. Опустил взгляд на Эстер, спокойно спящую у него на руках, покачал головой на свои мысли, вздохнул с улыбкой,  и понёс свою ношу к автомобилю, где заспанному шофёру коротко бросил:
-Домой.
Заботливо устроенная на заднем сидении молодая женщина спала. Прэстон смотрел в окно на проскальзывающие мимо жилые дома, площади, скверы и парки, магазины и офисы, не испытывая к городу ни теплого чувства, ни благодарности. Этот город, давший ему так многое, забрал в несколько раз больше, вынудил вывернуться наизнанку и уйти в Мондевиль, чтобы кожей ощутить, что такое быть собой. Там любое прикосновение отдавалась дрожью в обнажённой душе, там чёрное было пёстрым, как раздавленные краски, и там голод можно было насытить, не прослыв извращенцем и богохульником. Мельком посмотрел на профиль Эстер. Смоляная прядь пролегла шрамом по её скуле. Губы красивые, нежные губы, обещающие блаженство. Впадинка между ключ. Очертание стоячей груди. Кайл снова едва заметно улыбнулся, прикрывая глаза, откидываясь на спинку кожаного сидения. Сможет ли мисс Линч обернуться, или не сможет, его это сейчас не волновало, ему просто нравилось смотреть, как она готовится обнаружить в себе нечто необычное, порочное, дерзкое. Из недр вырвать ком грязи и швырнуть в лицо самонадеянному спутнику и своему безупречному отражению в зеркале.
Что же, мисс Линч, Вы сами захотели, подумал Гэндзи, закрывая глаза, и собираясь подремать, пока автомобиль летел в сторону его дома.

___________дом_____________Клуб "Дрожь"


Вы здесь » Голиаф » Ночная Радуга » Ресторан "Пиадинна"